Member Login

Welcome back, friend. Login to get started

Member Register

Ready to get best offers? Let's get started!

Password Recovery

Fortgot your password? Don't worry we can deal with it
Image Alternative text Image Alternative text Image Alternative text Image Alternative text
based on 8 reviews

New Glass Collection

$150

Nulla quisque mi duis ultricies class eu quisque at dictumst lacus per ad nullam placerat euismod enim massa eros litora primis lacus tincidunt mi urna luctus ridiculus fusce sem erat

  • Orci eget
  • Sollicitudin sollicitudin
  • Praesent ante
  • Ac suscipit
  • Posuere cubilia

More Details
Засуха в Крыму: ситуация с водой еще больше усугубилась » Новости Украины. Последние новости дня
Засуха в Крыму: ситуация с водой еще больше усугубилась » Новости Украины. Последние новости дня
Читать
Генерала СБУ Александра Куця назначили главой Донецкой ОГА 
Генерала СБУ Александра Куця назначили главой Донецкой ОГА 
Читать
Murdered rapper XXXTentacion was to become a father
Murdered rapper XXXTentacion was to become a father
Читать
Image Alternative text

Почему в Украине игнорируется вопрос легализации оборота оружия

Почему в Украине игнорируется вопрос легализации оборота оружия
Почему в Украине игнорируется вопрос легализации оборота оружия

Первая электронная петиция, которая легла на стол президента Порошенко в 2015 году и которую подписали 36 244 украинца (из необходимых 25 000), касалась не колбасы, дешевых услуг или качества дорог, а права защищать себя.

Подписанты требовали внесения в Конституцию дополнения о праве каждого гражданина на свободное владение огнестрельным оружием для защиты своей жизни, собственности, территориальной целостности Украины и принятия соответствующего закона.

Не стоит и сомневаться, что это требование было проигнорировано. Президент перевел стрелки на Конституционную комиссию и Верховную Раду, написанный общественностью законопроект № 1135-1 «О гражданском оружии и боеприпасах» потерялся в парламентских кабинетах, на этом все и закончилось. Испытанный годами гениальный управленческий принцип «рассосется само» пригодился и здесь. Только целесообразно ли так делать на пятом году войны, когда на руках граждан миллионы единиц неучтенного оружия? Сомнительно.

Что не так с оружием

Почему власть под разным соусом игнорирует вопрос легализации в Украине оборота оружия, пончтно. Поделиться монополией на насилие — дело не из приятных. Ответом на социальный запрос на самозащиту стала страшилка об обязательном росте насилия и бандитизма в случае введения свободного оборота оружия.

Однако статистика — вещь упрямая. Только по приблизительным официальным подсчетам, неучтенного оружия в Украине минимум 2 млн единиц. А швейцарская компания Small Arms Survey, которая специализируется на мониторинге перемещения нелегального вооружения в мире, утверждает, что на руках украинцев за 2015-2016-й осело более 5 млн единиц. И речь идет не только о стрелковом оружии, но и о более тяжелом вооружении и боеприпасах, перемещение которых в первые два года войны слабо контролировалось. Утверждать, что все оружие, которое есть на руках, укрывалось для преступной деятельности в будущем, нечестно.

Какой-то процент — да. Но в основном такие действия спровоцированы неуверенностью, как будет развиваться ситуация в стране, и необходимости иметь на всякий случай средства для обороны. Это ключевой момент. И не стоит все сужать исключительно до криминала, как у нас принято. Тот факт, что первый удар на Востоке взяли на себя добровольцы, вооруженные преимущественно за свой счет и своими силами, как раз очень хорошо проясняет истинную их мотивацию. Другое дело, что оружия на руках действительно критически много, и те меры, к которым прибегает власть, вряд ли могут на это повлиять.

«Из-за военных действий на Донбассе на руках у гражданского населения сейчас оказалось очень большое количество оружия, — рассказал Тижню начальник сектора криминальной полиции по раскрытию имущественных преступлений Бахмута Константин Романюк. — Если раньше мы часто изымали артефакты времен Второй мировой, то сейчас это уже оружие нынешней войны.

Постоянно объявляем месячники добровольной сдачи оружия, выступаем в местных СМИ, чтобы донести информацию: в этом случае человек освобождается от ответственности. Чаще всего во время таких акций местные приносят оружие, которое случайно нашли во время полевых или поисковых работ на территории, где происходили боевые столкновения. Но основным средством изъятия являются оперативно-следственные действия. Изымаем все — от патронов до мин и автоматов. Особенно тщательно отрабатываем тех, кто имел контакты с незаконными формированиями в 2014 году. Уже есть несколько случаев, когда в их городах был закопан целый арсенал до «нужного» времени».

Законодательные дыры

Многие из тех, кто не очень разбирается в сути проблемы, или требуют полного запрета оружия, или выступают против узаконивания ее свободного обращения. Впрочем, на самом деле ни о каком свободном обращении речь не может идти в принципе, только о легализации, то есть законодательном нормировании общественных отношений в вопросе обращения оружия или его использования. «Свободный оборот — это как раз когда нет запретов и ограничений, то есть нет закона об оружии, что де-юре и имеем сегодня», — говорит адвокат Украинской ассоциации владельцев оружия Виталий Коломиец.

С 2007 года в Украине закона об ограничении оборота оружия действительно нет. Как так случилось — отдельная история. После провозглашения независимости этот вопрос регулировался двумя документами: новопринтым законом о собственности и старым Гражданским кодексом УССР. Они предполагали, что определенные вещи, такие как печатные шрифты, наркотики, ядовитые вещества, оружие и т.д., могут находиться в обращении только по специальному разрешению, которое определялось законодательством УССР или СССР. Таким законодательством были инструкции.

В Украине это постановление ВР о праве собственности на отдельные виды имущества от 17 июня 1992 года, которое до сих пор является ключевым документом. Хотя в Конституции 1996 года четко указано, что любые ограничения прав и свобод и правовой режим собственности определяются исключительно законом. Даже несмотря на принятие нового Гражданского кодекса, формально закон о собственности (хотя и противоречит Конституции) не утратил силу, потому что не был отменен, что давало возможность определять ограничение оборота оружия подзаконными актами: постановлениями и инструкциями МВД.

В 2007-м его же отменили, но традиция привлечения людей и чувство запрета по инерции сохранились до сих пор. Виталий Коломиец говорит, что выявить такие тонкости удалось в 2014-м. Именно тогда люди, оценивая реальную ситуацию, начали резко вооружаться, в Украине было выдано 320 тыс. соответствующих разрешений (в среднем их выдается 70 тыс. в год), спрос вырос почти в пять раз. Конечно, возникал вопрос, какое наказание за хранение оружия предусмотрено законом. Начали анализировать ситуацию, проследили всю правовую цепочку и поняли, что нет закона, за нарушение которого может наступить ответственность.

Наличие этого пробела — не единственный ляп украинского законодательства. Прогрессивный и вообще хороший закон о лицензировании, принятый в 2015-м, предусматривающий лицензирование производства, торговли и ремонта оружия невоенного назначения, но в нем нет упоминания о военном оружии. А потому, если прямо читать Конституцию, где написано, что любая деятельность является свободной, если она не запрещена или когда нет соответствующего закона о лицензировании, оказывается, производить боевое оружие — это нелицензионный вид деятельности. Казус.

Почему никто не спешит латать законодательную дыру, хотя есть добротный проект закона, написанный широким общественным кругом, вопрос риторический. Недостаток четких правил всегда создает большое поле для коррупции и выборочного правоприменения. На основе несуществующего закона возбуждены сотни уголовных дел. Немалая часть из них — против добровольцев и солдат. Но опять-таки ситуация становится патовой, потому что умные судьи не хотят идти на очевидное правонарушение.

Если человек не признает вины, не желает соглашаться с условным сроком и защищается, судья не может привлечь его к ответственности, потому что он спрашивает: «А какой закон я нарушил?». Ответа нет. Прокурор в обвинительном акте начинает рассказывать об инструкции 622 и постановлении ВР, но это не законы. В статье УПК четко написано — закон.

«Случаев, когда государство признавало, что не за что судить человека, которому «шили» оружейную статью, много, — говорит Коломиец. — Из свежего — решение судьи Печерского района Белоцерковца, который установил, что закона не существует, а подзаконные акты не могут быть тем самым обязательным для гражданина документом без соответствующего закона. Судья поступил очень интересно. Прежде чем выносить оправдательный приговор, исследовал, для чего покупалось оружие (речь шла о штыке известного коллекционера), потому что он может быть орудием и средством совершения преступления. Если кто-то завозит в город 10 кг взрывчатки, важно понять, для чего то делается.

Подготовка к тяжкому преступлению, теракту или умышленному убийству — это уже самостоятельный состав преступления. Если есть возможность проследить цель человека, то его надо не за хранение привлекать, а за приобретение и будущее использование. Уголовный кодекс дает возможность соответствующим образом вести себя с теми, кто покупает оружие не для самозащиты, а для каких-то других целей. Но никто не хочет с этим работать, потому что проще найти оружие, сделать экспертизу, получить показатели, прижать человека, чтобы он согласился, получил условный срок и ушел. Конечно, многие судьи просто возвращает обвинительные акты, потому что прокурор не может объяснить причину потенциальному обвиняемому, что же он нарушил».

Кроме юридической стороны проблемы есть еще экономика. При наличии спроса предложение найдется. В 2014 году все добровольцы, а их десятки тысяч, фактически вооружались сами, покупали за свой счет оружие, каски, бронежилеты. И от них требуют прийти и просто так отдать это оружие. Для таких людей надо предусмотреть какой-то механизм. Австралия, которая решила после очередного инцидента с масшутингом (массовые расстрелы в учебных заведениях) немного урегулировать ситуацию, ограничить оборот автоматического оружия, выкупала его у граждан. Предлагалась рыночная цена, и владелец мог сдать и получить деньги. Или переделать на полуавтомат, тоже неплохой вариант.

Таким образом удалось выкупить около 600 тыс. единиц. Это, кстати, намного дешевле, чем содержать целые отделы в СБУ и МВД, которые занимаются поиском нелегального вооружения. Результат их работы, который измеряется несколькими десятками, сотнями, пусть даже тысячами единиц изъятого, — мизер по сравнению с масштабом проблемы. Эффект будет гораздо больше, чем показательные месячники добровольной сдачи. Есть и другой способ: создание территориальной обороны, каких-нибудь резервистских структур. Если человек будет в составе теробороны, то он будет находиться на учете, будет проходить регулярные тренировки, его оружие будет храниться в оружейке под охраной, он будет предупрежден об ответственности и будет понятен его психологический и криминальный бэкграунд.

Защитись, если сможешь

Согласно ст. 27 Конституции каждый украинец имеет право защищать свою жизнь и жизнь других людей. Это важное право, усиленное еще и коллективной обязанностью государства защищать жизнь своих граждан. Но в реальности все не так. Государство как предоставитель услуг фактически не способно выполнять свои обязанности. Примеров тому немало. Покушения на жизнь и громкие убийства известных журналистов, общественных и военных деятелей являются лишь вершиной айсберга и подчеркивают печальную тенденцию. Казалось бы, если ситуация складывается таким образом и государство не способно защитить граждан, оно, по крайней мере, не должно им мешать делать это самостоятельно.

В Молдове, которая в 1994 году была вынуждена урегулировать схожую ситуацию (конфликт в Приднестровье), в последующие несколько лет после принятия закона об оружии насильственная преступность упала на 50%. Люди получили возможность защищаться — и сразу исчезли наглые гоп-стопы и проникновения в жилище, эпидемии которых мы наблюдали в 2016-м.

К сожалению, в упомянутой сфере у нас опять-таки сплошная профанация. Оружие для самозащиты (в цивилизованном мире это пистолет, который хранится в сейфе у кровати и полученный после прохождения обучения, инструктажа и сообщения об ответственности) большинству граждан у нас фактически недоступно. Исключение составляют приближенные к власти люди, которые получают свои стволы как наградное оружие. А простые смертные по факту имеют только охотничье или спортивное. Но это совсем другое оружие, у которого другая сфера применения.

«Думаю, здравый смысл победит и закон об оружии будет принят, — говорит Виталий Коломиец. — Это даст возможность людям иметь средства самозащиты, а не только спортивное и охотничье оружие, понимать, в каких условиях его можно применять, как будет вестись учет. Все, кто будет обладать таким оружием, будут определенным образом подготовлены, обучены и ответственны». Кроме того, это даст толчок для развития целой индустрии. Если в Украине выдается за год 70 тыс. разрешений и большинство из них на приобретение нового оружия, то при тщательном подходе к выдаче рано или поздно возникнет вопрос создания специальных школ, клубов и полигонов, где можно будет технически подготовить значительное количество людей. Тогда будет куда пристроить ветеранов с опытом, ведь это станет элементом реабилитации. Конечно, появится какая-то культура обращения с оружием, а соответственно дополнительные шаги для укрепления национальной безопасности.

«Опять же, многие ребята на войне ремонтировали оружие, переделывали его. Почему бы им не дать возможности заниматься этим под лицензию, вырастить в Украине своего Гуго Шмайссера, — говорит Коломиец. — Это было бы лучше, чем паковать их и уничтожать цеха или шантажировать откупными. Их государство почему-то сознательно хочет загнать в криминал. Но если они умеют это делать, надо дать им возможность работать в интересах государства. Тем более ребята воевали, многие из них после ранения и не могут вернуться к службе. Молодые, имеют золотые руки, государство должно быть заинтересовано в их работе. Нужны только контроль и ответственность».

Простые шаги

Для урегулирования ситуации надо немного: четкие и прозрачные правила, подкрепленные законодательно. Прежде всего принять базовый закон о гражданском оружии и боеприпасах. Установить какой-то период амнистии, чтобы люди понимали, что можно поздавать взрывчатку, гранатометы, гранаты, пулеметы и тому подобное. Чтобы они могли открыть закон и прочитать, что можно, а что нет. Далее на его базе нужно принимать документ о территориальной обороне или резервные армии. Ведь они достаточно эффективны. Та же самая УДА: люди самоорганизовались, за свой счет развились. Им надо дать легальный статус.

Следующий этап — когда установится культура обращения с оружием, убрать полицейскую монополию на вооруженную охрану. Речь о десятках миллионов долларов. Дать возможность людям зарабатывать на этих услугах. А еще лет через пять подумать о том, чтобы позволить ветеранам брать законное участие в международных миссиях или коммерческих охранных структурах. У нас есть много людей, которые воевали, умеют и любят это делать. Почему бы не дать им возможность легально работать в этом направлении? Не исключено, что легализация оружия станет прививкой от криминализации ветеранской среды.

Автор: Роман Малко, инфографика — Андрей Голуб, Максим Соловьев; Тиждень.UA


Источник: “http://antikor.com.ua/articles/242073-pochemu_v_ukraine_ignoriruetsja_vopros_legalizatsii_oborota_oruhija”